Серия из шести фотографий. Культурный центр ЗИЛ, Москва, 2026.

В январе 1930 года Симонов монастырь взорвали к шестой годовщине смерти Ленина. «Огонёк» вынес снимок руин колокольни на обложку с подписью: «Вместо крепости церковного мракобесия — рабочий дворец культуры». По документам заводского архива этот кирпич вернулся на площадку — в стены дворца, который братья Веснины построили на месте собора. Уцелевшую стену монастыря дворец заслонил от улицы; вид от монастыря на дворец с 2013 года входит в предмет охраны памятника.

Клубный корпус достроили в 1937 году. В июне того же года на Первом съезде советских архитекторов конструктивизм объявили формализмом. Формула обвинения звучала так: «полный отрыв от окружающей местности и смежных строений, стекло и каркас, сведённые в случайную геометрическую форму». Это описание того, что стоит на Восточной улице до сих пор. Декор, которым интерьеры переоформили в 1940-е, сняли в 1970-е.

Каждая новая жизнь этого места была оплачена уничтожением предыдущей — девяносто лет подряд. В конце 2010-х здание стало культурным центром. В июле 2019 года сюда на три дня пришёл независимый фестиваль. Он ничего не снёс: занял залы и ушёл. Первое обновление без жертвы. Фестиваль называется «Боль». Один из моих кадров с этого фестиваля закрывает серию.

Я снимаю портреты: меня интересует не то, как человек выглядит, а то, что он о себе не рассказывает. Здесь я работала по тем же правилам, только моделью стало здание. Я снимала то, что оно несёт в себе, не зная об этом: башню монастыря, видную из гримёрки, архитектуру, которая пережила собственное осуждение, маршруты, которые ведут в никуда, и жизнь, которая продолжается, не требуя разрушения.